Меню

Александр Роджерс: «Голландская болезнь» экономики — как её победили в России

cb56e7d2d9f448bdd0c1991074490e91

Это что же получается? Проклятый охранитель Роджерс снова намекает, что Путин всё делает правильно в экономике?

Тут меня тащмайор Савчук озадачил написать чего-то про «голландскую болезнь». Очень кстати.

Просто у узких специалистов почти всегда есть профессиональная деформация – ты зачастую считаешь, что определённые вещи известны, понятны и самоочевидны, но для многих это оказывается чуть ли не откровением. глаз замыливается.

Я, кстати, не понимаю, почему это назвали «голландской болезнью», лично я бы это назвал «испанской болезнью» (потому что в Испании это проявилось и раньше, и сильнее). Ну да ладно. Приступим.

Итак, «голландская болезнь» или «эффект Гронингена» – это такое явление в экономике, когда высокая Прибыль от какой-то одной отрасли экономики (чаще всего экспортоориентированной и/или ресурсодобывающей) приводит к деградации в других отраслях.

Первый пример – это Испания времён Великих географических открытий. Когда походы за золотом в Америку по своей прибыльности настолько превосходили любые другие виды деятель, что делали их практически бессмысленными с точки зрения получения прибыли. Единственная отрасль, которая от этого выиграла – это кораблестроение, потому что Испании понадобилось много галеонов для перевозки этого золота.

Но этот поток золота вызвал и его обесценивание. То есть инфляцию.

Второй пример – это остров Науру, по мотивам событий на котором был снят прекрасный боевик с Дольфом Лундгреном «Человек войны» (Men of War). правда, в реальности концовка оказалась гораздо печальнее.

На острове были сильны традиционные промыслы – рыбная ловля, выращивание бананов, хлебных деревьев, кокосов, папайи и ананасов.

Потом там обнаружили богатые залежи (если можно так назвать) гуано. Окаменевшего птичьего помёта с высоким содержанием фосфоритов, используемых для производства удобрений.

Мало того, что ради этих сокровищ остров за последние сто лет несколько раз завоёвывали, в результате варварских методов добычи 90% поверхности острова превращены в badland, в пустошь, где уже ничего не растёт. А местные жители, которые в семидесятых годах двадцатого века получали по 30 тысяч долларов дохода в год (на тот момент это было очень много даже для среднего класса США), меняли автомобили каждый год и скупали элитную недвижимость в столице Австралии, теперь влачат нищенское существование. Многие пытаются уехать, но из-за того, что много лет жили в условиях халявных денег, у них зачастую нет ни более-менее нормального образования, ни профессии.

Третий пример – это, собственно, голландский город Гронинген, возле которого в 1959 году было найдено богатое месторождение природного газа. Вроде бы поток валюты от экспорта этого газа должен был бы вызвать рост благосостояния граждан, но вместо этого вызвал высокую инфляцию и рост безработицы (ниже я поясню, почему).

Четвёртый пример – это, к сожалению, прекрасная Венесуэла. Где правительство Чавеса национализировало только нефтяную отрасль (и не трогало всех остальных), и слишком долго полагалось на доходы от торговли одной нефтью. В результате чего остальные отрасли пришли в упадок. Как минимум, уж продовольственной безопасностью часть инвестиций начинает уходить в сверхприбыльную отрасль, а остальными большинство (включая элиты) просто не хочет заниматься. К тому же, внутри страны накапливается слишком много иностранной валюты.

Почему же избыточный приток иностранной валюты – это зло? Потому что массированное нерегулируемое поступление иностранной валюты на внутренний Рынок приводит к существенному укреплению национальной валюты. Чужой валюты много, своей мало – усиление национальной валюты.

И «усиление» в данном случае – это вовсе не так позитивно, как звучит на первый взгляд. Импортировать иностранные товары становится выгоднее, чем производить в своей стране. А экспортировать что-то, кроме ресурсов – наоборот, невыгодно. И это постепенно убивает внутреннее Производство в большинстве отраслей.

Причём в случае «голландской болезни» протекционистские методы «закрыть и не пущать», то есть вводить квоты и пошлины, не приводят к решению проблемы, потому что искусственно снижают Спрос на иностранную валюту, ещё более усиливая национальную. То есть усиливая те явления, которые призваны преодолеть.

Попытки регулировать это монетарными методами, например, по рекомендациям МВФ печатать внутреннюю валюту в количестве, соответствующем ЗВР, чтобы сохранять стабильность курса (увеличение денежной массы пропорционально увеличению валютной массы) не дают позитивного эффекта, а приводят к существенной нужно ещё и пытаться избежать перекосов на рынке труда. Чтобы большинство населения не ломанулось в «денежную» отрасль (например, нефтегаз), а ещё оставались желающие быть учителями, врачами, полицейскими, промышленными рабочими или аграриями.

«А ведь можно было пенсионерам раздать!». Пример Науру показывает, что не можно. Халява развращает, и подавляющее большинство тратит полученные таким образом деньги не на развитие, инвестирование в образование или другие полезные вложения, а на более модные тачки, шмотки, гаджеты и так далее. А это, позволю ввести себе термин, «отложенная во времени нищета».

Статистика говорит, что подавляющее большинство победителей различных азартных лотерей очень быстро спускает полученные деньги, а потом становится ещё беднее, чем были (некоторые даже кончают жизнь самоубийством). Потому что не заработанное не ценится, а умение соразмерять свои доходы с тратами – это определённая